ВКонтакте 
Telegram 
Youtube 
Яндекс.Дзен 
Rutube 
Традиционно «мужское лицо» у логистики только на первый взгляд. За многими бизнес-процессами, от составителей поездов до топ-менеджеров, стоят женщины, которые берут на себя решение множественных задач с часто меняющимися переменными. Основатель проекта N.Trans Lab, кандидат экономических наук Мария Никитина о шарме и силе и о том, что на стыке мужской и женской энергий рождается результат.
Не «не женское»
– Я попала в корпоративную среду «РУСАЛа», когда компания еще называлась «Русский алюминий». Там работала над логистическими проектами, параллельно получала образование в области логистики. В итоге закончила аспирантуру РУТ (МИИТ), и там же защитила диссертацию по экономике железнодорожного транспорта. Логистика была для меня естественным карьерным путем, вопрос, женская или не женская это специальность, точно не стоял.
Когда я начинала карьерный путь в транспортной логистике, российское законодательство только формировалось, отрасль реформировалась в разных сегментах – переходила из государственной в частную, из монопольной опять-таки в частную, и так далее. И это были те проекты, которые я сперва сопровождала, а потом уже разрабатывала содержательно. Так, в 2000-е годы я состояла в рабочей группе специалистов – известных отраслевиков и ученых, которая готовила альтернативную модель реформы железнодорожного транспорта. В тот момент обсуждались государственная модель и альтернативная модель РСПП. В качестве ведущих лиц этой группы выступали первый заместитель министра железнодорожного транспорта, заместитель министра по финансам железнодорожного транспорта и другие. С таким составом трудно было в профессию не влюбиться. В обществе этих профессионалов и настоящих интеллигентов мне никогда не казалось, что я занимаюсь не своим делом, что это «не женское».
Стык энергий
– Нет смысла спорить с очевидным – логистика как профессия имеет преимущественно мужское лицо, особенно на линейном уровне. Например, существует профессия «дальнобойщик», но нечасто встретишь женщину – водителя трейлера, потому что эта работа предполагает высокие физические нагрузки: нужно подготовить машину под погрузку, открыть-закрыть кузов, иногда поменять колесо и так далее. И в этой профессии естественным образом карьеру делают мужчины – сначала водитель, потом бригадир, а дальше и собственник бизнеса. Подобный карьерный трек является естественным и для железной дороги – от мастера, начальника станции в топ-менеджеры РЖД.
Однако есть и другая сторона вопроса. Фундаментально: что такое логистика? В первую очередь это многозадачность, умение удерживать сложную конструкцию бизнес-процессов в системе собственного управления. Причем в условиях с часто меняющимися переменными. Наверное, это и есть основная функция логиста – контролировать динамично изменяющиеся переменные. И мне кажется, что эта функция больше свойственна женщинам, чем мужчинам. Она закладывается в нас изначально, при воспитании с детства: убрать дома, сделать уроки, покормить брата, сходить в магазин и так далее. А на следующем жизненном этапе – учеба, карьера, дом, семья… Целая серия дел, которые становятся выстроенной системой каждый день. То есть решение логистических задач является естественно привычным для женщин, так как им легко удается управлять в режиме многозадачности, применять пространственное мышление и складывать события в единую картину, а также применять разные подходы к решению той или иной задачи.
При этом логистика является гармоничным профессиональным выбором для мужчин: этот выбор практический, последовательный, карьерно-ориентированный с четким целеполаганием.
И вот, на стыке этих двух энергий – мужской и женской, и рождается наилучший результат, который двигает российскую логистику вперед.
Несмотря ни на что
Основываясь на своем более чем 20-летнем опыте в логистике, в том числе международном, я могу сказать со знанием дела, что Россия является наиболее свободной в вопросах гендерных стереотипов или установок, чем большинство стран мира. В «РУСАЛе» мне довелось поработать с компаниями в Сингапуре, в США и Южной Америке, в Европе и в Африке.
– Оставим за скобками социальный и семейный аспект, здесь нам как обществу еще предстоит проделать большую работу и в законодательном, и образовательном плане, чтобы в полной мере защитить права женщины. Обращусь к профессиональной стороне. Мне кажется, что другие страны более забюрократизированы, чем Россия: их системы более отлажены, институционально выстроены, отсюда много отчетности, все «по полочкам». У нас больше свободы и творчества и в решениях, и в бизнес-идеях, и в разруливании нестандартных ситуаций.
В этом есть свои плюсы, но и минусы. С одной стороны, находишься в более предсказуемой в профессиональном плане ситуации – и с точки зрения последствий решений, и в плане возможности принятия этих решений; твой рабочий день предсказуем, ты способна больше времени уделять себе или семье. Но твой карьерный трек предопределен правилами.
С другой стороны, в России все совершенно не так: у нас уже со стартовых административных позиций открывается море возможностей для реализации, для того, чтобы придумывать новые идеи, внедрять ноу-хау и расти. И мы это делаем с удовольствием.
Нельзя не отметить, что в процессе роста женщины упираются в стеклянные потолки, набивают шишки, но это, как правило, мотивирует не сдаваться, а быть еще более проактивными. А за последние 5 лет – сначала из-за ковида, а потом из-за санкций – логистика в нашей стране из обслуживающей функции трансформировалась в самостоятельный, значимый бизнес даже там, где он продолжает только обслуживать основную деятельность компании. И наличие красивых, умных, творческих и энергичных женщин в нашей профессии только добавляет ей привлекательности, шарма и силы.
